Warning: array_merge() [function.array-merge]: Argument #2 is not an array in /var/www/admin/data/php_templates/articles.php on line 70
Ботаническая история :: РФК
«Знаете ли вы что?»

Знаете ли вы, что вы можете настроить (или отменить)
рассылку уведомлений о приходящих вам на РФК
личных сообщениях? Для этого нужно войти в
раздел "Настройки" (колонка слева) и
поставить галочку в соответствующей ячейке.

20. ГЛАВА XIX ПИСЬМА

 

 

Соня, дорогая!

 

 Пишу наскоро, в гостинице, уж очень не терпится рассказать!

Боже мой! Я до сих пор не могу опомниться от нашего французского приключения!

Я не знаю, не знаю, как передать тебе складно и последовательно о нашем знакомстве с мсье Эмилем, у которого мы побывали в гостях в городке Нанси.

Дело было так. Волею провидения, на последнем концерте в Париже, (как ты знаешь я тут уже вторую неделю), оказался некий господин Эмиль Лемуан… Догадайся чей сын!! 

Так получилось, что Эрнест случайно стал свидетелем разговора из которого узнал, что это был именно мсье Лемуан. Долго пересказывать, Соня, всю шахматную партию Эрнеста, но, в конце концов, мы оказались вместе с ним за ужином.

Не знаю, был ли он пленен моим голосом, как все другие его спутники, но как только разговор зашел об азиатских растениях в моем саду он заметно оживился. Особенно когда услышал о сиренях Reflexa и Condorset, которую вывел его отец.  

Слово за слово и дело обернулось тем, что на следующее утро всей компанией мы отправились в его имение в Нанси.
О! Как там хорошо! Там у них настоящий питомник по продаже сортов, без которых не обходится нынче в Европе ни один приличный сад.

Но самое интересное - эти ботанические опыты!  Эксперименты, саженцы, сеянцы, семена и таблички, таблички! Во всем видна кипучая деятельность, словно хозяева боятся не успеть за временем…

Знаешь, мы с Сашей поучаствовали в опылении сирени вместе с мсье Эмилем. Это так не просто, скажу я тебе! Эмиль рассказал, что, чуть ли не главную роль в создании самых дивных лемуановских сиреней сыграла его мать, мадам Лемуан. Это именно она лазила со стремянкой к верхушкам кустов, проникала в тайны цветка и умудрялась опылять неопыляемые цветки. На это способна только женщина, да ведь, Соня, скажи?

А старик Лемуан как прекрасен! Возраст довольно преклонный, а он всё еще полон энергии, идей и планов. У Эмиля очаровательная жена, и вообще все семейство необычайно милое!

А в саду!  …. Соня, не передать словами. На первый взгляд полнейший беспорядок вообщем, все как я люблю. Немудрено, что мы нашли общий язык.

Саша подружилась с десятилетним Анри, они еще с другими детьми ездили кататься на лодке. Потом призналась мне, что теперь будет серьезней относиться к урокам французского, который, ты помнишь, она так ненавидела.

А мне до сих пор не верится, что я собственными глазами видела новейшие, только что выведенные сорта сиреней, пионов, астильб, фуксий… Лапчатки, вейгелы, гортензии, хризантемы, георгины, дейции, хейхеры, какие-то невероятные портулаки! пеларгонии (знаменитая Сольферино, черенок для тебя, ты же любишь их!)

Бог знает чего еще…  Я была свидетелем рождения новых чудес Флоры! Я бродила по саду с Сашей, и руки мои так и тянулись погладить эти маленькие, крепенькие саженцы, которым возможно предстоит впоследствии стать всемирными любимцами, как, скажем, моя Condorset.

А за ужином наговориться не могли. Говорили обо всем! О цветах, конечно! О музыке, об Ар-деко, о Париже, о русских сезонах, Шаляпине. О Достоевском, конечно.

Пела. Эрнест (душка!) предусмотрительно взял с собой гитару и аккомпанировал. Когда мы с Сашей запели дуэтом одну известную французскую песенку - все стали подпевать и веселью не было конца!

Знаешь, Соня, совсем, совсем стерлась разница в языке, национальности… они такие милые! и очень похожи на нас. Или мы на них. 

Да, а потом я совершенно бесцеремонно попросила Эмиля вывести для меня дерево с синими цветами. В шутку, конечно, ты же знаешь эту мою навязчивую идею. А он обещал вроде бы всерьез… и попросил у меня адрес…

 

Завтра уезжаем домой. Соня, ты непременно должна приехать к нам. Я везу тебе целый чемодан необходимых вещей. Из Парижу, прошу отметить!

Как можно скорее заканчивай все дела и выезжай тоже. Я буду телеграфировать по ходу движения. Может быть, повезет встретиться в Москве и далее ехать уже вместе!

 

Ах, Соня, предвкушаю бессонные ночи!

 

Целуем, целуем,

твои мы.

 

10 мая 1908 года. Париж, Hotel Majestic 

 

 

 

 

 

      Милая Соня!


 

Не упускаю случая опять поговорить с тобой, хоть и посредством письма.

Я тебе уже писала, какой замечательной выдалась нынче весна. А вот теперь и лето пришло! 

Зацвели, наконец, Иннокентьевы диковины. Да так мило!

Сначала зацвела моя смешная «Карла». Она выпустила всего два соцветия, но они заполнили своим ароматом почти весь сад!  Едва розоватые шарики, словно бы восковые.  И что Ино утверждает, что это калина? она вовсе на калину и не похожа.

  Condorcet, как всегда. Дымчатая нежность… Но более всего люблю я лиловую, помнишь? из родительского сада.

Ах, Соня! Видела бы ты эту пониклую сирень! Ну, точно с десяток мокрых котят приладили к кусту сушиться! Не удивительно, что китайцы так чудны. Чем они любуются! У них же нет настоящей нашей сирени, а есть пониклая. Будь я ботаником, назвала бы ее вечномокрой!

Сашенька, как и я, полюбила нашего «удава». За эти годы он стал толще, окреп. Я распорядилась укрепить получше ему опору. Она зовет его удав Кирказон.

Однажды Ино сказал, что это аристолохия, так Саша начала горячо спорить, говорить, что «аристолохия - это женщина, а наш удав - мальчик, стало быть «аристолохия здесь не уместна». Представляешь, Соня? Так и сказала.  Но пуще всего она любит Митю. Ах, Митя! Из веснушчатого студента он превратился в настоящего кавалера! Смешно вспоминать теперь, как он первый раз появился у нас, помнишь, Ино прислал его прививать яблони. Ах, как мило он краснел!  И не хотел брать 50 рублей, те, что Ино велел ему непременно дать.

 

И вот теперь Саша наша в него влюбилась. Каждый вечер спрашивает «А придет ли завтра Митя?» Стала больше глядеться в зеркало…

 

Ино по моей просьбе зарисовал «Японца», а я раскрасила его акварелью. Лепестки точно шелк. Высылаю тебе, любуйся, помолись и ты за Ино.

Ты просила удава, я помню, но мне жаль тот рисунок, я ведь повесила его в раме на стену. Попрошу Ино сделать копию для тебя.

Ино не знает чем занять себя. После смерти доктора пытается жить обычной жизнью. Начал было  давать частные уроки, устраивался в гимназию, да все попусту. Собирается снова в Корею.

Хочет найти детей Ли. Видно не хватает ему риска и опасностей.  

Контракт мой закончился, но требуют подписать новый, причем тотчас. А я сомневаюсь. Как же приехать тогда к тебе? Контракты хороши зимой. А теперь лето, и цветы, и деревья, и надо к тебе на реку. Боже мой! Как жалею я, Соня,  о продаже батюшкиного дома! Как скучаю я по нашей Волге!

Все чаще снится мне матушка. Тревожно мне о моей Саше. Обещай, Соня, что в случае моей смерти, примешь ее как дочь.

Однако, прочь глупые мысли! Лето в разгаре! Да, совсем забыла поблагодарить тебя за травы! Исполняем по-твоему в точности!

На этом прощаюсь. Пиши и ты.

Обнимаю,

         твоя Г.Т.                                           15 июня 1911 г.                                   

 

 

 

 

 

 

   

 


Печать данной главы

Печать статьи целиком

нет комментариев
Добавить комментарий :
Ж
Уважаемые пользователи, использующие браузер firefox.
При вставке в текстовое поле используйте комбинацию клавиш ctrl + v.
Внимание! Фото, не упомянутые в вашем сообщении, не сохранятся в альбоме
Поиск по ключевому слову или словосочетанию:

   

  Введите ключевое слово или словосочетание русскими или латинскими буквами